ПИСЬМА

ЗАТИРАЮТ — ВМЕСТО ПОДДЕРЖКИ

На фоне пафосных заявлений о поддержке малого бизнеса в Ворошиловском районе Волгограда мне отказывают в самом праве на существование. О какой поддержке идет речь, если отстаивать возможность работать в кризис, с долгами  по кредиту на  развитие приходится в арбитражном суде – без реальных шансов на положительный результат!

Мой бизнес -- один из самых малых и, смею заявить, к тому же полезный. Пункт приема стеклотары, занимая 12 кв. м, с самого начала своего существования оказался очень востребован в среде пенсионеров, людей с низким уровнем жизни. Но несмотря на то, что я, как добросовестный арендатор, все десять лет выполнял условия администраторов, вдруг появилось решение о сносе этого объекта. По версии районной администрации, пункт приема стеклотары на ул. Елецкой, 2, «портит вид одной из главных улиц города». При этом инструментом давления на меня как на жертву стала так называемая межведомственная комиссия. Ее решение оказалось похожим на приговор печально известных «троек» в пору репрессий: комиссия постановила снести пункт стеклотары как самовольно установленный объект, к тому же -- за мой счет. Понятно даже на первый взгляд: самовольно разместить объект и работать продолжительное время на виду у всех просто невозможно, то есть причина постановления о его сносе  – искусственная.

Однако решение комиссии легло в основу дальнейших шагов: пункт приема стеклотары не был включен в схему района, которая ежегодно вносится на утверждение в городскую думу, а затем мне  было отказано в продлении договора аренды. И это притом, что ранее, предоставив проект реконструкции пункта, я дважды получил обещание о продлении договора,…

Попытки выяснить истинную причину выдворения социально полезного объекта с территории, где подобных
пунктов больше нет, ни к чему не привели. Глава района г-н Шейкин не внял также просьбам и письменным обращениям жителей микрорайона, которые вступились за мой малый бизнес. Не помогло и мое обращение к мэру Волгограда, несмотря на то, что с его стороны возражений не последовало, как и со стороны городского комитета архитектуры и градостроительства.

В моей истории, как и в истории любого предпринимателя, есть точка отсчета и личная заинтересованность. Конкретно этот малый бизнес кормит мою семью из шести человек, в том числе мать -- ветерана труда и отца – ветерана из числа детей военного Сталинграда, сегодня безнадежно больного. Кормит дочь-школьницу, которая имеет спортивные успехи, защищая честь Волгограда на соревнованиях разного уровня. Отказывая мне – даже не в поддержке (свой малый бизнес я строю исключительно сам) – а  в самом праве на существование, власти района ставят под вопрос  жизнь моей семьи.

Евгений ЕФИМОВ,

Волгоград

СИГНАЛЫ. В НИКУДА?

Не могу молчать о случившемся. Вечером 1 февраля я обнаружила на улице маленького мальчика. Это оказался двухлетний Ваня Седов, семья которого живет неподалеку. Ребенок был раздет, босой, громко кричал. Судя по маленьким следам, он давно уже бегал по снегу... Мне пришлось его срочно отогревать. Вместе с соседями мы вызвали милицию. Наряд приехал в час ночи (!). Через пару часов — представители районного органа опеки. Они и увезли в районную больницу мальчика и его пятилетнюю сестру, которая одна оставалась дома. Родители все это время находились в гостях. В какой-то момент они всполошились, заявили о пропаже детей, и тут же отправились догуливать...

Когда через три дня инспекторы учинили расспросы, то мамаша объяснила, что «выходила за водой» (через дорогу!). Ей поверили и детей вернули домой. Удивляет главное: почему случившееся не стало сигналом опасного положения детей в этой семье? Притом, что старших детей от этих родителей уже изолировали — по некоторым сведениям, они находятся в детских домах...

Наталья КУЗНЕЦОВА,

 с. Покровка, Ленинский район

Из публикации «Как в Греции — есть все!» («ИНТЕР» №4 от 4 февраля 2010г.) можно сделать вывод, что власти города только и думают, как бы помочь малому бизнесу. Но из чего исходили власти, подписывая в августе 2008г. постановление о ликвидации муниципальных предприятий? Они, конечно, не приносили много прибыли, но в них работало много людей, они исправно платили зарплаты, налоги, вносили арендную плату. Вот пример: парикмахерская на пр. Университетском, 90, уничтожена с грифом «самоликвидация». 17 человек оказались на улице без каких либо компенсаций. Суды при этом заявления не принимают, а прокуратура отписывается. Сейчас таким же образом готовится уничтожение единственного в городе приюта для животных «Покровитель», который раньше получал финансовую поддержку, а теперь его «закрывают» с помощью неподъемной арендной платы.

А.Б. РЯЗАНОВА,

Волгоград

Мой тесть, Михаил Антонович Хоперский, 1901 г.р., воевал, был награжден медалью «За отвагу» и др. В апреле 1945г. был ранен. Вернувшись, работал на восстановлении  народного хозяйства. В 1982г. его не стало. Памятник на могиле Хоперского за эти годы проржавел, но заменить его мы не можем — пенсии не хватает. В военкомате мне сказали, что минобороны выделяет средства для увековечения памяти только тех, кто умер в 1992г. и позже. Страшно представить, что уже начали «сортировать» память о фронтовиках — кого-то, выходит, просто списывают...

Е.П. СМОЛЯНКО,

Волгоград

В нашем районе хорошо известен хор ветеранов им. заслуженного артиста России Альберта Цыбышева. Одна из его прежде активных участниц Соня Алибековна Мамедова на сцену уже не выходит — она оказалась в очень тяжелой ситуации. В свое время она не пожелала покидать старенький дом — «родовое гнездо». К тому же семья всегда гордилась тем, что во время Сталинградской битвы здесь, в доме №15 на ул. Колхозной, располагался армейский штаб. Соня Алибековна всю жизнь отдала химическому производству. Сегодня ветерану Мамедовой 82 года, и жить в доме без воды ей все труднее. Нет и газа, хотя у всех соседей он есть. Вот уже 6 лет мы, коллеги по творчеству, пытаемся решить ее проблемы, но результата  наши обращения в разные службы и инстанции не приносят..

Роза ЛОПОУХОВА,

Волгоград

ВЕТЕРАНА СДЕЛАЛИ БЕЗДОМНЫМ

Мой отец, Николай Васильевич Корнеев, ветеран войны, инвалид, всю жизнь был военным -- служил до 1976г. на Кавказе, в Монголии, Прибалтике. И все эти годы, как многие военные, и жилье имел кочевое – жил с семьей в землянках, бараках. Потом получил квартиру. Но случилось, что матери моей не стало. Дальние родственники позаботились, чтобы отец не остался один – так в нашей семье появилась мачеха. В итоге все произошло по сценарию известной сказки.

Мне пришлось уехать очень далеко. А когда по просьбе отца опять переехал в Волгоград, то столкнулся с ситуацией вопиющей несправедливости. Оказывается, в свое время отец и мачеха (она уговорила его – мол, временно) перебрались жить в дом ее сына, а в квартире поселился ее внук с семьей. Когда мачеха умерла, отец свою квартиру потерял: выяснилось, что она давно приватизирована без его ведома, и заселившийся туда на правах наследника чужой внук считает себя хозяином теперь уже всей квартиры — отца в нее категорически не пускает.

Последние три года я живу с отцом – он очень болен, не в состоянии постоять за себя. Но и мои попытки помочь ему оспорить незаконный отъем жилья остаются безуспешными. Судебные разбирательства упираются в подписи отца на документах о приватизации квартиры, и ему отказывают. Суд отклоняет ходатайства об установлении подлинности подписей, что требуется для установления незаконности приватизации. То есть, с фактом подлога суд не желает разбираться. Ему достаточно показаний представителя БТИ, чтобы признать подписи достоверными!

Но страшно другое: хозяева дома решили продать его, и теперь требуют выселения отца. Ситуация угрожающая: куда ему идти? То есть, по сути дела, имея собственное жилье, он остается без крыши над головой, а доказать его правоту в судебном порядке не дают. Складывается впечатление, что намеренно — во всяком случае, интересы ветерана войны суд вовсе не принимает во внимание. Сейчас вовсю развернута кампания по обеспечению ветеранов войны достойным жильем, а в этом случае всего-то надо защитить право человека на справедливость...

Валерий КОРНЕЕВ,

Волгоград

ПЕРЕХЛЕСТ

В последнем январском номере газеты «Областные вести» вышла статья с громким названием и провокационным содержанием: «Тариф на смерть».

Без свидетельств и доказательств в ней утверждается, что глава Ерзовского городского поселения Валерий Голованов сделал платным вход на местное кладбище. В основу материала автор статьи взяла реальное человеческое горе Эльзы Р. и ее свекра, но привязала к ней выдумки типа «как рассказали местные продавщицы...».

Нам не составило труда лично поговорить с Эльзой и теми, на кого ссылается  публикация. Они все ответили, что никаких заявлений по поводу платных билетов на кладбище не давали.

Кроме того, обращаясь к теме, автору следовало бы открыть ФЗ «О погребении и похоронном деле» от 12.01.1996г. В соответствии с ним, такие объекты должны обслуживаться специальной организацией, которая определяет место захоронения, порядок и условия. Более того, в комментарии к статье 8.15.1 Кодекса Волгоградской области об административной ответственности говорится, что «самовольный выбор места погребения, захоронения является нарушением порядка деятельности кладбища, за что предусматривается ответственность в виде наложения штрафа на граждан». Между тем в статье «доказательно» ссылаются на мнения граждан о якобы бытовавшей практике бесконтрольного появлении захоронений — против теперешнего «бизнеса» местной администрации. А каков анонс к публикации: «Такого беспредела в Ерзовке не было никогда! Приезжайте, разберитесь…».

Вот так разобрались! После явно клеветнической публикации шума поднялось много — и не только в Ерзовке. Но встает вопрос: кому нужен скандал?

И это оказалось нетрудно угадать. В городском поселении  упорно ходит слух о том, что уволенный Валерием Головановым один из работников службы ЖКХ очень обиделся на главу. По чистой случайности этот гражданин является родственником одного из сотрудников газеты...

Владимир КРИЦКИЙ,

заместитель главы Ерзовского городского поселения,